Сидя на белой полосе...

Иногда ощущение немоты сковывает горло на месяцы. Ты не можешь говорить, тебе с трудом пишется, но легко пьется. 
Напившись, ты садишься в пафосную позу и менторским тоном начинаешь вещать что-то "о себе". Ты - девочка-эго, девочка-самомнение, девочка - вечный роман с самой собой. Это не Эван и даже не Дориан. 
Но случается так, что Остапа несет. открывается дыхание, второе, третье. Не под алкоголем. Просто потому что надо сказать, потому что иначе мозг лавой растечется и выплеснет все конструктивное в в пафосный уайлдовский монолог. 
Если хочешь знать правду - говори со мной трезвой, спокойной, курящей, злой. Это мое агрегатное состояние. Это я, а не мое сверх-я, супер-я, квази-я. Говори со мной. Просто говори со мной. 

верь в тотемы! ловец снов поймает твои кошмары и твою душу! выпускай Зверя прогуляться! 
утро после рока всегда должно быть с низким серым небом. 
ловец снов раскачивается, принося с собой сны ужасов. 
утром после рок'н'ролла водка сливается в раковину.
утром после рок'н'ролла можно обернуться в пиратский флаг и уйти так в душ.
утром после рок'н'ролла хочется посидеть в одиночестве и спокойно сделать работу. 
утром после рок'н'ролла приходит понимание, что свою музыку ты все же нашел правильно. 

Спокойствие через истерику. Как серфинг. Радость от того, что ты встал на доску и мирно спустился по крутой волне, не упав. 
Пыльные сапоги дальних странствий пока стоят у порога и ждут своего часа, ждут перекати-поля, которое стукнется в двери и унесется дальше. Солнечный свет компенсирует пыльный воздух. Легкие в пыли после тяжелой дороги. Шаманское веселье Дороги в Ад ненадолго прекратилось. Но я знаю, что черный кадиллак уже летит за мной, что скоро пора будет снова пуститься во все тяжкие и не пожалеть об этом. 
Но время на сбор камней пока есть. Есть время завершить дела. Есть время сделать все вовремя. Есть время встать под воду и смыть с себя песок и пыль. Время воды вместо времени огня. Ненадолго, хотя кто знает. Вода всегда получает то, что хочет. Просто держи меня за руку, пока не начнется шторм. 

Красногубые гитлеры и тонкобровые фрейды. Девушка-Ницше поправляет утро чулки на кровати богомальчика, заявляя, что Бог умер. Яды спешно прячут в сумки и смывают в раковинах круглосуточнх забегаловок. 
достоевские в пыльных шляпах, пахнущие нафталином и красным вином бэрроузы... на тонких выских шпильках мимо них проходит, чеканя шаг, белокурая девица-геббельс, не знающая, что ее ждет ближайшей ночью. 
Дориан Грей требует, чтобы его гладили по кудрявой голове. И ему все равно, кто это сделает... холден ли, печорин ли, да хоть сам Дьявол. Он будет загадочно усмехаться, положив подбородок вам на левое плечо.  

За стенами замка полный декаданс. Абсент закончился, последние капли прокатились по шее, запачкав воротник белой рубашки. Ярость достигла предела. Телефон летит в стену, чтобы отсрочить дату суда Реальности. Роб Зомби кричит в уши, барабаны бьют в голове, Аксл Роуз в окружении извивающихся сучек, мне невыносимо хочется курить. Я знаю, что мне это идет. И мне плевать на то, что большинство не понимает всей этой эстетики морального разложения, сексуальности без секса, эстетики кладбищенских красавиц прошлого, рок'н'ролла вкупе с алкоголем и блестками. Тебе хочется, чтобы я закинула ноги тебе на плечи, а я не считаю это эстетичным. Красивая девочка - это злая кукла Барби. Кукла Барби не трахается, так уж заведено. 
В двери звонят страшноватые люди из DHL, сообщая, что в царство декаданса прибыли очередные туфли на высоких каблуках. В них удобно уходить вдаль, в них удобно падать в объятия принцев, я предпочитаю посреди ночной трассы давать отмашку двум автомобилям, устремившимся навстречу свету под гремящий рок'н'ролл. Это реклама  Mustang из 90-х. Это дьявольские девочки в черном. Это визуальность игры со скоростью жизни для тех, кто не стремиться отправляться на тот свет. Это весело. Это сублимация внутреннего хаоса. Я считаю саморазрушение глупостью для 16-летних. 
По книжному лабиринту, по дороге хаоса с рюмкой абсента и сигаретой. в джинсах и пиджаке на холодном балконе. Я ухмыляюсь, чтобы скрыть собственное отвращение. Я - вечный Дориан Грей: чрезвычайно ранимое существо с блестящей броней, злым языком и спокойной усмешкой. 

Есть тысяча и одна вещь, без которых можно обойтись. Есть сотни человек, без которых мы спокойно обходимся каждый день. Есть дела, которые мы все откладываем в долгий ящик, убираем его на антресоли и достаем лет через 20. Есть слова, которые нам страшно говорить, и поступки, которые страшно совершать. 
В 18 я отдала младшим родственникам и заинтересовавшимся подружкам свою коллекцию ободков, которые собирала полтора года. Это был конец увлекательной эпохи в королеву улья, это был конец игры, в которую должна сыграть каждая девочка-тинейджер, чтобы реализовать свои королевские амбиции, пройти по коридору со стайкой подружек за спиной, гордо улыбаясь, и закончить с этим. Блэр Уолдорф передала корону, я просто раздала свои. Там были дивные экземпляры, там были подарки поклонников и ободки, купленные на первые деньги, заработанные адекватным трудом.  50 штук отправились по рукам, себе я оставила только 5. важных и ценных.
В 19 я выкинула половину своего гардероба и огромные мешки вещей, собиравших пыль. Было важно выкинуть все это, чтобы закрыть депрессивный период. Вынося на улицу каждый из тех мешков я делала для себя выводы. За два с половиной дня я привела в систему восьмимесячный хаос. Сейчас задача стоит примерно так же. 
Мне необходимо научиться самоорганизации и тайм-менеджменту. И понять, что я хочу от учебной жизни дальше. Выглядит страшно. Надо учиться преодолевать страх перед ответственностью за саму себя. Я могу организовать многое, но я не могу организовать саму себя. Без этого я обойтись не могу. Без этого и пары лодочек на небольших каблуках, чтобы выглядеть изящно, но твердо стоять на земле. 
Двадцать лет - самое время для того, чтобы начать носить первое подаренное родителями драгоценное кольцо и заменить половину бижутерии на подаренный бабушкой жемчуг. Попытка убежать от спешки и все сделать вовремя. Верность некоторым традициям и распорядок дня как веская причина для отказов. Мне нужен потерянный вместе с ободками внутренний стержень. Мне нужно разложить по полкам и пометить стикерами все важное и не важное. Неважное нужно выкинуть, потому что без этого можно обойтись. А без внутреннего стержня я уже не могу. Иначе декаданс окончательно пошатнет и без того сильно пошатнувшийся разум. 

можно я посижу на дороге? прямо на белой полосе. А еще лучше - там полежу, пока в голове будут стучать барабаны. полузакрытые глаза и что-то среднее между улыбкой просвещенного и усмешкой самодовольного. я ненавижу весну, я не люблю Россию, я вообще люблю только любительские группы... на белой полосе можно раскинуть руки и собрать одеждой всю дорожную пыль. белая полоса начинается там, где начинается кромешный мрак подсознания...
я ненавижу тех, кто на меня похож, и тех, кто старается быть похожим. я люблю скорость и перемены. я ненавижу тех, кто безуспешно пишет мне романтические e-mailы с дикими конструкциями на английском языке. Эй, если ты хочешь мне понравиться, читай мне в оригинале Китса и Артюра Рембо, а лучше- не трать слова понапрасну. Я вполне романтичная девочка, но у меня весьма экстравагантное представление о том, как все должно было бы быть. В моем списке дел на год вперед не значится "любовь до гроба", зато имеют место "пара эмоциональных привязанностей", "очаровательная глупость с каким-нибудь неподходящим субъектом", "постоянный побег". У меня не проходящий синдром Дориана Грея. Я в нем застряла, и мы планируем  приятную весеннюю социопатию в компании друг друга. И нас не смогут остановить даже семь национальных армий, даже Генри тут будет бессилен. У меня "прикол" по путешествиям. которые гораздо увлекательнее, когда финальный пункт назначения неизвестен. Я не знаю, куда приведет меня танец вдоль белой полосы... 
Я сама себе ребрендинг, собеседник, декаданс, Клуб Асассинов и путешествие. У меня есть все, что нужно. Я не самый лучший человек, я не самый хороший друг, я все еще не научилась говорить нужные слова в сложных ситуациях, я все еще боюсь всего, что начинается со слова "серьезно" и имеет в семантике экзистенциальность. Я сама себя повторяю, у меня от самой себя головная боль. Высшие силы смотрят выше себя, Дьявол не дает рекомендаций в жизнь, я бы не отказалась послушать краткий курс "Как выжить в этом мире". Я не знаю, что делать дальше. Больше всего я хочу рухнуть в кресло, резко отвести руку и выстрелить в стену. И выпить еще чашку чая. Желательно бы на белой полосе. 

Ожившие герои чьего-то заброшенного ЖЖ. Придумавшие себя, свои манеры, привычки, дурные наклонности, мрачные мысли, цвет потенциального паспорта, фотокарточки, мелкие бытовые мелочи, интерьеры комнат и свой хваленый декаданс. 
Мы переоценили самих себя, решив, что мы сможем быть такими, какими мы себя придумали. Такими, какими нас описали.
Эта путаница инспираций заставляет бояться смотреть в зеркало. Что там будет сегодня - не знаю. Бродяга Дхармы с парой долларов в кармане и книгой Керуака в рюкзаке с ацтекскими узорами. Декадентка в черном платье в пол, читающая маленьким детям на новеллы Эдгара По. Хорошая студентка, улыбающаяся американской улыбкой и нервно хрустящая костяшками пальцев. Бледная эстетка с поднятым подбородком, презрительной усмешкой и сканирующим взглядом, задерживающимся на пару секунд на почти незаметной царапине на боковой стороне лакированных ботинок собеседника. В одной голове лишком много образов. Для одного человека слишком много.
Я бросаюсь фразами. 
Я не думаю о реакции окружающих. 
Я стала жестче. 
Возможно, скоро мне в зеркале подмигнет кто-то другой. 

никогда не стоит искать Эвана Розье в одной локации. Он панически ненавидит одних и тех же людей. 
Под мерный голос Теофильда Готье, под традиционный чай с молоком приходит кризис декаданса в городе, продуваемом насквозь ветром с Босфора. Кажется, человек в черном с улыбкой дьявола мелькнул вдали перекрестков Гран Базара, за ним гонятся, как за Белым Кроликом, припадая к земле и стремясь все дальше, путаясь среди шарфов и мозаичных ламп, задыхаясь сигаретным дымом и запахом специй. все раздражает слишком чуткие нервные окончания. Король-Солнце здесь больше не живет. Белый Кролик оказывается переодетым братом малолетней шлюхи, заманивающим клиентов. Кризис декаданса рубит с плеча, голова катится вниз, крича: "Эти кольца так тебе идут!"
Кто-то в черном стремительно убегает по набережной, а стук каблуков заглушают крики торгового люда. Ночь закончилась, когда закончился апокалипсис символов. Ночью в воспаленном сознании рушилась Айя-София. Кризис декаданса приводит к туда,где хранится многовековая история, более не интересующая космополитического декадента Эвана Розье.